Среда, 04 июля 2018 10:25

Барышни в разведке. Леонтина Коэн

Первой женщиной-героем Российской Федерации стала Леонтина Коэн. Она участвовала в оперативных мероприятиях по добыванию секретных документов о создании американского атомного оружия. Надежно выполняла рискованные задания нелегальной советской резидентуры в Нью-Йорке. Ей доверяли сложные командировки в европейские страны для организации встреч с разведчиками-нелегалами. В Москве Коэн прошла дополнительную специальную подготовку, освоив специальность радистки-шифровальницы. Профессионально владея многими разведывательными премудростями, Леонтина не раз проявляла незаурядную находчивость.

Известен эпизод, когда, выбираясь из особо охраняемой зоны близ американского атомного объекта Лос-Аламос, Коэн наткнулась на плотный кордон полицейских, дотошно проверявших документы пассажиров перед посадкой в поезд и содержимое их багажа. Пока ее досматривали агенты Федерального бюро расследований США, Леонтина сделала вид, что ищет в сумочке свой железнодорожный билет и на это время вежливо попросила проверяющего подержать небольшую коробку с салфетками. А именно в ней и были спрятаны совершенно секретные документы. Галантный контрразведчик охотно согласился помочь даме, перебрасываясь с нею кокетливыми шуточками. Так коробка с бесценными бумагами избежала проверки. Важнейшие материалы были вскоре переправлены в Москву и переданы ведущему атомщику СССР академику Курчатову. Она же, кстати, первая из разведчиц, появившаяся на советских почтовых марках.

 
Леонтина Коэн - первая из разведчиц, появившаяся на советских почтовых марках

Леонтина Коэн - первая из разведчиц, появившаяся на советских почтовых марках

 

 

Моррис и Леонтина Коэн – супруги-разведчики, предотвратившие третью мировую...
Алина МАКСИМОВА, специально для «Криминала»

Супруги-разведчики Моррис и Леонтина Коэн родились в США, но всю жизнь считали себя гражданами Советской России. Они сделали очень многое для предотвращения третьей мировой войны, которую едва не развязала Америка. Обладая атомной бомбой, американские политики были уверены в своем превосходстве и вовсю бряцали оружием. Лишь после появления у русских такого же оружия в США сдали назад. Супруги Коэн были одними из тех, благодаря кому в СССР появилась атомная бомба. Лишь после развала Советского Союза их имена были рассекречены, а супруги удостоились званий Героев России. Посмертно.

УВЛЕЧЕНИЯ ЛЕВЫМИ ИДЕЯМИ

Моррис Коэн родился 2 июля 1910 года в пригороде Нью-Йорка Ист-Сайде. Его родители были родом из Российской империи, а в США уехали, спасаясь от еврейских погромов. Которые в начале 20 века довольно часто случались на Украине, где и жили Коэны-старшие. Но свою Родину не возненавидели и любовь к России передали сыну.

Моррис еще в школе показывал хорошие результаты в регби и сумел получить спортивную стипендию в Колумбийском университете. Почти сразу после окончания университета отправился в Испанию, где разгоралась гражданская война. В октябре 1937 года, во время сражения при Фуэнтес-де-Эбро, был ранен в обе ноги и оказался в госпитале. Где привлек внимание советского разведчика Александра Орлова, который завербовал молодого американца. В Испании в те времена существовало несколько школ, в которых советские разведчики из самых разных стран проходили обучение азам разведывательной деятельности. Там после выздоровления Моррис и прошел обучение.

У Леонтины путь в разведчицы оказался более извилист. Она родилась 11 января 1913 года в семье выходцев из Польши. Взросление Лоны, как ее называли друзья и родственники, пришлось на период экономического кризиса, названного Великой депрессией. Этот кризис затронул не только США, но и многие европейские страны. А СССР в это же время демонстрировал потрясающий экономический рост. Что как бы доказывало превосходство социалистической модели над капиталистической. Леонтина с ранней юности была активисткой профсоюзного движения, а в 18 лет вступила в коммунистическую партию.

Морриса и Лону познакомил их общий друг на антифашистском митинге в Нью-Йорке в 1939 го-

ду. Молодой интербригадовец, только что вернувшийся из Испании, поразил молодую коммунистку в самое сердце. Молодые люди быстро нашли общий язык, а затем и полюбили друг друга. Моррис некоторое время колебался, но в конце концов признался любимой в том, что работает на советскую разведку. И предложил Лоне стать его женой и напарницей в нелегальной работе.

Решение работать на разведку далось Леонтине нелегко. Так как это означало обрыв всех связей с коммунистической партией и вообще с людьми, придерживавшимися «левых» (то бишь социалистических) взглядов. Но в конце концов Лона согласилась. По воспоминаниям людей, знавших Коэнов в те времена, из супругов получилась просто идеальная пара разведчиков. Один из разведчиков, работавших в Нью-Йорке в начале сороковых годов, Юрий Соколов, позже писал:

«Моррис и Лона были неразделимы и как любящие супруги, и как друзья, и как соратники в разведывательной работе. Почти всегда, когда мы говорим о Моррисе, фактически имеем в виду обоих».

Излишняя поначалу импульсивность и любовь к риску Лоны уравновешивалась хладнокровием и осторожностью ее мужа. Моррис и Лона стали связниками между нелегалами в США и советской резидентурой. Но постепенно супружеской паре стали поручать весьма серьезные задания.

НОВЕЙШИЙ ПУЛЕМЕТ И «АТОМНЫЕ» САЛФЕТКИ

В 1941 году Коэнам поручают добыть документацию нового авиационного пулемета, который выпускался на заводе в Хартфорде. В то время США официально еще не вступили во Вторую мировую войну (это произойдет в декабре 1941 года, после нападения японцев на Пёрл-Харбор), а потому не особо делились своими военными разработками с союзниками.

Леонтине удалось познакомиться с неким молодым инженером (его имя до сих пор не рассекречено, известен лишь псевдоним «Фрэнк»), который согласился сотрудничать. Вот только доступа к документации он не имел. Зато отвечал за контроль качества выпускаемой продукции. В течение нескольких дней «Фрэнк» по отдельным деталям выносил новейший пулемет с завода и передавал их Лоне. Когда все детали были вынесены, супруги Коэн упаковали вынесенное с завода в футляр из-под контрабаса и переправили в консульство СССР в Нью-Йорке. Опытные разведчики, работавшие в то время в США, просто обалдели от такого. Они думали, что Коэны добудут чертежи, а те приволокли им сам пулемет.

В 1942 году Морриса призвали в армию. Моррис принимал участие в операциях американских войск в Алжире в 1942 году, высадке десанта на Сицилии в 1943-м. После высадки союзных войск в Нормандии в 1944 году корпус, в котором служил Коэн, был переброшен в Европу. Окончание войны он встретил в чине капрала, с несколькими боевыми наградами. Победу праздновал на Эльбе, совместно с советскими солдатами.

Пока Моррис сражался в Европе, Леонтина продолжала работать на советскую разведку в США. В 1943 году она получает задание сосредоточиться на «Манхэттенском проекте». Так в США называли работу над атомной бомбой. Основные разработки велись в засекреченном и закрытом городке Лос-Аламос. Среди ученых, работавших над проектом, у советской разведки имелся источник информации. Но вот связь с ним была затруднена. Ученых из Лос-Аламоса выпускали в соседние города лишь раз в месяц.

Леонтина умудрилась купить у нью-йоркского врача направление на лечение заболевания легких в Альбукерке, расположенном неподалеку от Лос-Аламоса. Лоне четыре недели пришлось ожидать встречи с источником. За это время она успела вызвать подозрение у сотрудников ФБР, которых в Альбукерке было просто неприличное количество.

После того как документы наконец были получены и Леонтина попыталась выехать в Нью-Йорк, прямо у поезда сотрудники ФБР решили тщательно обыскать подозрительную особу. Документы были запрятаны в коробку с салфетками, и ее обязательно бы перетряхнули. Но Лона не растерялась. Она спокойно предоставила сумку для досмотра, а потом начала оглушительно чихать. Достала из досматриваемой сумки коробку с салфетками, вытащила парочку, а саму коробку отдала агенту ФБР. Тот машинально взял и продолжал держать все время, пока его коллеги досматривали вещи девушки и даже обыскивали ее саму. А Лона эпизодически обращалась к нему за очередной салфеткой, чтобы высморкаться. Когда поезд уже отъезжал от платформы, сотрудники ФБР наконец отпустили Леонтину. Уже проходя в вагон, Лона «неожиданно вспомнила» о салфетках, выхватила их из рук фэбэровца и вскочила в отъезжающий поезд. Через несколько дней секретные документы уже были доставлены в Москву.

АМЕРИКАНСКАЯ УГРОЗА И ПОДВИГ СОВЕТСКИХ РАЗВЕДЧИКОВ

В феврале 1945 года, когда было уже абсолютно понятно, что с нацистской Германией фактически покончено, состоялась Ялтинская конференция лидеров трех стран: СССР, США и Великобритании. На которой решалась судьба послевоенной Европы. Президент США Франклин Рузвельт, испытывавший симпатию к коммунистам и понимавший, что самый большой вклад в победу над Германией внес именно Советский Союз, согласился на требования Иосифа Сталина по поводу обустройства Восточной Европы. Фактически отдав Советскому Союзу все страны, которые были завоеваны советскими войсками.

Все изменилось 12 апреля 1945 года, когда умер Рузвельт и президентом стал Гарри Трумэн. Который считал, что коммунистическая идея не менее вредна для мира, нежели нацизм. Трумэн рассматривал СССР не как союзника, а как врага. Во время Постдамской конференции в июле-августе 1945 года президент США попытался добиться пересмотра ранее достигнутых договоренностей. И у него вроде как был козырь: на следующий день после начала переговоров, 18 июля 1945 года, Трумэн получил долгожданное сообщение. Первое испытание атомной бомбы прошло суперуспешно, и у американцев появилось супероружие. Именно об этом Трумэн пытался намекнуть Сталину, но советский лидер лишь ухмыльнулся.

В начале августа 1945 года американцы скинули две атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Погибли сотни тысяч японцев, города были буквально стерты с лица земли. И все это всего от двух бомб! Сталин, ранее относившийся к созданию атомного оружия довольно скептически, был впечатлен. Адекватного ответа на это оружие у СССР не было. Зато у них была армия, победившая нацистов и накопившая огромный опыт боевых действий. Которого, по большому счету, у американцев не было. Они и с японцами-то воевали довольно вяло. А как только в войну вступила Красная Армия и разгромила Квантунскую армию, мир воочию увидел, какая армия сильнее. Но атомная бомба была серьезным козырем.

Советским ученым было приказано в кратчайшие сроки создать нечто подобное. О том, что Курчатов еще в 1939 году говорил о возможности применения расщепленного атома в военной технике и о его разрушительной силе, а Курчатова послали куда подальше, было забыто. Ученым было приказано как можно быстрее создать советскую атомную бомбу. Но Советский Союз в этой гонке сильно проигрывал. Самые новейшие разработки в этой сфере были у США, Великобритании и Германии. Но американцы позаботились о том, чтобы немецкие ядерщики не попали в руки русских. Впрочем, кое-кого из немецких ученых советским войскам захватить и вывезти в Союз удалось. Но СССР все равно сильно отставал. Курчатов утверждал, что создание атомной бомбы может затянуться на десятилетие. Что в условиях сильно осложнившихся отношений с США было смерти подобно. Трумэн, уверенный в превосходстве американского оружия, все больше наглел, угрожая СССР ядерным оружием. От развязывания третьей мировой войны его останавливало лишь то, что атомных бомб у США было слишком мало.

На советских разведчиков в Америке было возложено почти невозможное: они обязаны были добыть как можно больше материалов по «Манхэттенскому проекту». Для осуществления этой цели в США был направлен прославленный советский разведчик Вильям Фишер, более известный как Рудольф Абель. Супруги Коэн стали его основными связниками.

В 1949 году в СССР провели испытание первой советской атомной бомбы. Эксклюзив США в области ядерного оружия закончился, и Трумэн моментально сбавил тон в угрозах Советскому Союзу. И в том, что у СССР появилось адекватное оружие, громадную роль сыграли именно разведчики. И супруги Коэн были в их числе.

ГЕРОЕВ НА РОДИНЕ НЕ ЖДАЛИ?

Но между капиталистическим и коммунистическим мирами началась «холодная война». Которая в Америке усугублялась «охотой на ведьм». Так называлось яростное преследование коммунистов и всяческих неблагонадежных (в основном с социалистическими взглядами) в конце 40-х — начале 50-х годов в США.

Репутация супругов Коэн была запятнана. Леонтина отметилась членством в коммунистической партии, а Моррис воевал в Испании на стороне республиканцев. Руководство советской разведки принимает решение вывести Коэнов из-под возможного удара. В 1950 году супругов-разведчиков перебрасывают в СССР. Где они изучают радиодело и учатся методам современной шифровки. В 1954 году, под именем выходцев из Новой Зеландии супругов Крогер, их перебрасывают в Великобританию. Где в то время весьма активно работал советский разведчик Конон Молодый (псевдоним Бэн). Умудрившийся в короткие сроки стать своим в самых высших кругах английского истеблишмента. Коэны-Крогеры стали ближайшими помощниками Бэна и его связью с Москвой.

Пять лет продолжалась работа в Англии, а потом Бэна арестовали. Это произошло в результате предательства сотрудника польской разведки Михала Голеневского. Михал довольно долго сотрудничал с американской и английской разведками, передавая им шифровки, которые проходили через него. Ни Коэнов, ни Молодого он не знал, но через Польшу проходило большинство шифровок, отправленных Коэнами из Англии. По этим документам английская контрразведка сумела вычислить Конона Молодого. А проверяя его связи, вышли и на супругов Коэнов-Крогеров.

В середине 1961 года Моррис и Леонтина выслушали приговор британского суда: мужу — 25 лет, жене — 20. Английская и американская разведки долго пытались перевербовать супругов, но тщетно. А в 1969 году в СССР провалился английский разведчик Джералд Брук. Руководство советской разведки предложило англичанам обмен: Брук на супругов Крогер. Англичане согласились.

Леонтина и Моррис в октябре 1969 года прибыли в Москву и подали прошение о предоставлении советского гражданства. Но тут вдруг на дыбы встал всесильный (в то время) идеолог КПСС Михаил Суслов. Узнав, что какие-то американцы награждены советскими орденами (оба супруга были награждены орденами Красного Знамени и Дружбы народов), а теперь требуют себе советское гражданство, он резко выступил против. Суслов не понимал, за какие такие заслуги американцы могут стать гражданами СССР. Но Юрий Андропов, возглавлявший в то время КГБ СССР, не побоялся пойти на конфликт с Сусловым и добился личной встречи с Леонидом Брежневым. На которой кое-что рассказал. Коэны получили советское гражданство. До начала 90-х годов они работали в школах подготовки советских разведчиков.

Леонтина умерла в конце 1992 года, Моррис ушел в иной мир в июне 1995 года. Всего месяца не дожив до присвоения ему звания Героя Российской Федерации. Леонтина Коэн была удостоена этого звания в 1996 году.

 

 

 

 

 

 

Секреты атомной бомбы в коробке с прокладками

Вскоре после начала войны американцы начали работу над созданием атомной бомбы. Административным руководителем "Проекта Манхэттен" стал генерал Лесли Ричард Гровс, в задачи которого входило, между прочим, "...предотвратить попадание в руки к немцам сведений о секретной программе ... и ... сохранить в тайне от русских открытия и детали наших проектов и заводов..., " и это несмотря на наличие между союзниками подписанного в 1942 году соглашения об обмене секретной технологической информацией. Гровс сумел создать такую систему безопасности, которая, по его собственному утверждению, "не позволяла даже мыши проникнуть за стены особо охраняемого объекта Лос–Аламос".

Ну, мыши может быть там и действительно не шастали, но советская разведка имела в Лос–Аламосе надежных агентов, настолько хорошо законспирированных, что имена некоторых из них и сейчас, почти шестьдесят лет спустя, хранятся в тайне.

Самая трудная задача нью–йоркской резидентуры состояла в организации связи с этими агентами. В качестве одного из связников и выступала тридцатилетняя Леонтина Тереза Пэтке, полька, родившаяся в США, жена Мориса Коэна, советского агента. Оба впоследствии стали известны как супруги Елена и

Питер Крогеры, арестованные в Англии по делу "Бена" – Гордона Лонсдейла, он же Конон Молодый. Они были осуждены на длительный тюремный срок и обменены затем на английского разведчика.

Но все это будет много позже.

Я познаю мир. Разведка и шпионаж

Леонтина Коэн                   

А тогда, летом 1943 года, в Сандиа, предместье города Альбукерка, недалеко от Лос–Аламоса, приехала для лечения горла молодая симпатичная женщина. В ближайшее воскресенье направилась на встречу с агентом, но тот не явился. Так повторилось три раза. На четвертый она решила, что если и на этот раз агент не придет, она вынуждена будет возвращаться в Нью–Йорк.

Рассчиталась в пансионате, собрала вещи, сдала их на вокзале в камеру хранения и отправилась к месту встречи.

И... вот оно, счастье! Агент появился с предусмотренной желтой сумкой и торчащим из нее хвостом рыбы. Но... от радости она забыла слова пароля. Оба пережили страшные минуты, бледнели, краснели, обливались потом. Наконец сознание у нее прояснилось, и слова пароля нашлись.

Агент, имя которого так и осталось неизвестным, передал Леонтине пачку листов бумаги, которую она положила в сумочку, й они расстались навсегда.

Поезд уходил через час. Она немного погуляла по городу проверяясь. За ней никто не следил. Но когда вышла на перрон, облилась холодным потом: перед входом в каждый вагон стояли полицейские, которые дотошно проверяли документы пассажиров и содержимое их сумок и багажа.

Что делать? Направиться к поезду – значит саму себя посадить на электрический стул. Попытаться бежать? Заметят. Вернуться в пансионат? Вызовет подозрение. Зайти в туалет и уничтожить бумаги? Но их много. Клочки не утонут, она погубит не только себя, но и агента, и дело. Пройти в здание вокзала, посидеть в прохладном буфете за бутылкой кока–колы и сделать вид, что опоздала на поезд. Но что это даст? И завтра, и послезавтра будут те же полицейские. А впрочем!.. Эврика! Она действительно "опоздает" на поезд. Но не совсем. Прибежит в последнюю минуту, когда у полицейских не останется времени для тщательного досмотра вещей. Изобразит потерю билета и его лихорадочные поиски... Сказано – сделано. Зашла в туалет, билет заложила как закладку в книжку, из коробки с прокладками выбросила несколько пакетов и на их место уложила опасные бумаги. ...За три минуты до свистка кондуктора молоденькая, хрупкая женщина с кожаным чемоданом, сумкой, ридикюлем и коробкой с прокладками появилась на перроне и подбежала к своему вагону. Но не тут–то было, двое полицейских преградили ей дорогу.

Я познаю мир. Разведка и шпионаж

– Откройте сумку и чемодан и давайте ваши документы.

Она распахнула чемодан и протянула врачебное заключение о необходимости лечения горла.

– А зачем все это? – спокойно полюбопытствовала она.

– Мы проверяем, нет ли у вас информационных материалов и предметов, запрещенных для вывоза из этой зоны, – соткровенничал полицейский.

– Боже мой! Разве что проспекты отелей и пансионатов, – смеясь воскликнула она. Присев и подтянув юбку так, что обнажились колени, стала помогать молодому полицейскому перебирать вещички в чемодане. Тот "клюнул" и с похотливым любопытством стал посматривать на пассажирку.

– А где ваш билет? – спросил второй полицейский, закончив разглядывать заключение врачей.

Леонтина чувствовала себя уже увереннее, вывернула весь чемодан на перрон и стала быстро перетряхивать все предметы "в поисках" билета.

– Куда–то запропастился, а ведь только что был перед глазами. – Она разыгрывала фиктивное беспокойство, в то время как истинное овладело ею настолько, что она чувствовала: еще немного, и она не выдержит. Страх и смятение уже начали проникать в ее душу. Она стала суетливо раскрывать "молнию" в сумочке, рванула застежку, и "молнию" заело. А вторая рука, как назло, занята коробкой с прокладками. И тут мелькнула мысль: "Отдам–ка я ее подержать этому молодому". Так и поступила. Полицейский был смущен, но ему пришлось взять коробку с принадлежностями дамского туалета. И вдруг ... стал открывать ее. Тогда она сунула ему сумочку. Он отвлекся, начав копаться в косметике, и сказал пару комплиментов о качестве ее духов.

И в этот момент раздался сигнал об отправлении поезда. Пожилой полицейский бросал вещи в чемодан и в последний момент увидел билет, заложенный в книгу.

–: Какая же вы рассеянная, мисс! Скорее садитесь в вагон.

– О, как я вам признательна, – со всею возможной искренностью произнесла Леонтина, поднимаясь в вагон и думая о судьбе коробки с документами. Полицейский вроде и не собирался возвращать ее. "Неужели он заподозрил что–то?" – испугалась она, продолжая сохранять на лице легкомысленную улыбку игривой девицы. "Может быть, он специально держит ее, чтобы проверить, как я буду реагировать? " Мелькнула мысль: когда поезд тронется, выскочить из вагона, выхватить коробку и снова вскочить в тамбур. Но это совсем загубит все дело.

Состав двинулся. "Это катастрофа", – успела подумать Леонтина.

В этот момент старший полицейский выхватил у другого коробку с прокладками и, догнав вагон, протянул ее Леонтине.

– Мисс! Мисс! Вы забыли свои салфеточки! Какая рассеянная! – повторил он.

Она даже не смогла поблагодарить толстяка. Ах, знал бы он, какую карьеру он только что держал в руках и упустил!

Сев в купе и прижав коробку к животу, она, как ей казалось, на какое–то время потеряла сознание. А может быть, просто провалилась в мгновенный глубокий сон. Это была естественная реакция на все пережитое ...

Материалы оказались ценнейшими. Их немедленно переправили в Москву, где они сразу же легли на стол И. В. Курчатова.

Это лишь один эпизод из многотрудной жизни Леонтины Коэн. Она стала единственной разведчицей в истории, в честь которой в 1998 году в России выпущена почтовая марка с ее портретом. Она же стала первой женщиной – Героем Российской Федерации.

 

 

 

Медиа