Вторник, 03 июля 2018 08:17

«Агент Лукас» Маргарита Коненкова

«Агент Лукас» Маргарита Коненкова

Победы на любовном фронте: в списке ее поклонников – гениальный композитор Сергей Рахманинов, великий художник Врубель, отец и сын Шаляпины – Федор и Борис. С Федором Марго как-то закрылась в спальне на глазах у изумленной публики, собравшейся на приеме, и мужа. Скульптор стучал, ругался, рыдал. Наконец дверь отворилась: Шаляпин выглядел смущенным, а Маргарита, решив что лучшая защита – нападение, стала попрекать мужа: «Гости же! Успокойся, детка, ничего там не было». Эйнштейн и Маргарита встретились, когда Коненковой было 39, а великому физику – 56. Несмотря на свой возраст, Альберт делал все, чтобы провести со своей ненаглядной как можно больше времени. Маргарита обожала... ручных крыс. С ними можно было нянчиться, не боясь испортить фигуру, даже наведываясь к гениальному любовнику, она брала их с собой. Можно долго спорить, на самом ли деле Марго была агентом НКВД или же агентом влияния, знал Альберт о ее задании следить за «Манхэттенским проектом» (речь идет об атомном шпионаже) или нет. Важно ли это? Ведь, по крайней мере, его чувства были настоящими. «Я жду того момента, когда ты приедешь, мы сядем, и ты мне будешь читать «Войну и мир». И когда ты поднимешь глаза, я увижу в них Бога», – писал любимой «дедушка атомной бомбы».

http://www.woman.ru/relations/medley4/article/216644/

как замужняя советская разведчица Маргарита Коненкова свела с ума Альберта Эйнштейна

 
 
 
Неизвестные подробности, как выясняется, весьма насыщенной любовной жизни немецкого ученого Альберта Эйнштейна стали достоянием общественности только 20 лет назад, когда на аукционе Sotheby's были выставлены его личные письма. Переполненные нежными чувствами послания были адресованы не одной из его бывших жен, а супруге известного советского скульптора Сергея Коненкова Маргарите, которая в свое время трудилась на НКВД. В этом материале Woman.ru расскажет вам, чем же отечественная разведчица так покорила легендарного физика-теоретика, что ее прозвали «последней любовью Эйнштейна».
  • Маргарита Коненкова и Альберт Эйнштейн
    Советскую шпионку Маргариту Коненкову сегодня называют «последней любовью Альберта Эйнштейна»

Жизненная история Маргариты Коненковой, супруги известного советского скульптора Сергея Коненкова, могла бы запросто лечь в основу сюжета для шпионской драмы. Еще до Великой отечественной войны чету интеллигентов завербовали спецслужбы и отправили за океан — собирать секретную информацию о подготовке нового ядерного проекта. Основная миссия легла на хрупкие плечи Маргариты, которая прекрасно владела как английским, так и немецким языками. Пока муж Коненковой творил, его «прекрасная половина» делала все, чтобы попасть в круг доверия ученых, занимавшимися инновационными разработками.
Только в 1998 году выяснилось, что во время сверхсекретного задания Маргариту Иванову угораздило влюбиться — и не в абы кого, а в самого Альберта Эйнштейна. Тайное стало явным, когда один из родственников Коненковой, пожелавшим сохранить анонимность, передал аукционному дому Sotheby's ее ежедневник, подаренные великим ученым часы и написанные им письма, датированные 1945 и 1946 годами. Сомнений в подлинности посланий ни у кого не возникло, поскольку внизу красовалась фирменная подпись физика.

«Это самое интересное открытие за последнее время. Эти письма Эйнштейна отличаются от других сохранившихся его посланий, ведь они очень открытые, эмоциональные и честные. Такое может написать только по-настоящему влюбленный человек», — говорил тогда газете The New York Times консультант Sotheby's Пол Нидхэм.

Именно он первым и сделал выводы о том, что отношения Коненковой и Эйнштейна выходили далеко за рамки обычных приятельских…
Как же развивался один из самых загадочных романов прошлого столетия и как сложилась судьба женщины, которую боготворили Сергей Рахманинов, Федор Шаляпин и, конечно же, создатель Теории относительности?  

Мастер и Маргарита

Маргарита Коненкова, в девичестве Воронцова, появилась на свет 1895 году в семье обедневших дворян — присяжного поверенного из небольшого провинциального города Сарапула Ивана Тимофеевича Воронцова и его жены Маргариты Васильевны, занимавшейся благотворительностью. В Сарапуле Маргарита надолго не задержалась: после окончания женской гимназии девушка переехала в Москву и поступила на юридические курсы мадам Полторацкой. Во время учебы она жила в самом центре Первопрестольной, на Поварской улице, в семье доктора Ивана Бунина.
Скучать в Москве завидной невесте было некогда: она быстро влилась в местное общество и обзавелась поклонниками, которые с первого взгляда попадали под ее женское обаяние. Большую часть времени Маргарита проводила в доме Федора Шаляпина, поскольку дружила с его дочерью Ириной и благосклонно принимая ухаживания Бориса, сына певца. Знакомые Шаляпина-младшего и Воронцовой были уверены, что совсем скоро они поженятся. Но до свадьбы дело так и не дошло.

По слухам, на Маргариту положил глаз знаменитый отец несостоявшегося жениха… Существуют версии, что любовным чарам девушки также в свое время не смогли противостоять поэт Александр Блок и композитор Сергей Рахманинов.

Отношения с Борисом Шаляпиным у Маргариты Воронцовой не сложились, но она и не думала печалиться. На горизонте появился очередной жених, причем с самыми серьезными намерениями. В 1916 году молодой скульптор Петр Бромирский сделал признанной красавице предложение руки и сердца, но и этой свадьбе не суждено было состояться.

В молодости Маргарита Коненкова была очень привлекательна и неоднократно получала предложения руки и сердца от воздыхателей
 
В молодости Маргарита Коненкова была очень привлекательна и неоднократно получала предложения руки и сердца от воздыхателей

Однажды Бромирский по простоте душевной показал коллеге, скульптору Сергею Коненкову, фотокарточку своей 20-летней невесты. Статная девушка с аристократическими чертами лица так понравилась Сергею Тимофеевичу, что он попросил приятеля познакомить его с ней. Прославленный скульптор, которого прозвали «русским Роденом», долго церемониться не стал и отбил у Бромирского вторую половину.

«Девушка на фотографии была так прекрасна, что показалась мне творением какого-то неведомого художника. Особенно прекрасен был поворот головы. И руки — необыкновенно красивые руки, с тонкими изящными пальцами были у девушки на фотокарточке. Таких рук я не видел никогда!», — позже вспоминал как мальчишка влюбленный Коненков.

Чувства оказались взаимными, и 42-летний Сергей Тимофеевич сделал 22-летней Рите официальное предложение. Для любезно принявших Воронцову Буниных ее желание выйти замуж за буяна и озорного гуляку Коненкова стало настоящим шоком. Чтобы расстроить возможную свадьбу, Маргариту отправили назад в Сарапул, но ее избранник оказался достаточно настойчивым и поехал за ней.
Скульптор был уверен, что родители его пассии будут рады столь знаменитому и талантливому зятю. Тем не менее мать и отец Воронцовой не дали благословение на этот брак из-за мезальянса, что прозвучало как гром среди ясного неба для влюбленных. Разочарованный Коненков вернулся в Москву и начал вести затворнический образ жизни, почти не покидая свою мастерскую. Из депрессивного состояния он вскоре благополучно выбрался, поскольку дама его сердца и по совместительству главная муза против воли родных приехала к нему.
Следующие семь лет Воронцова провела в статусе гражданской жены, музы и натурщицы (известно, что именно Маргарита позировала для скульптуры «Обнаженная фигура в рост», — прим. Woman.ru) — она делала все, чтобы ее возлюбленный мог творить в нормальной обстановке, и старалась сглаживать острые углы, зная о его сложном характере. Поговаривают, что в свое время у Маргариты были серьезные соперницы. Виды на Сергея Коненкова в 1910-х якобы имела и его крестная дочь Наталья Кончаловская (мать прославленных режиссеров Андрея Кончаловского и Никиты Михалкова, — прим. Woman.ru). Мол, Наталья Петровна слишком много времени проводила в мастерской скульптура и всячески старалась быть полезной.
В 1922 году гражданские супруги все-таки официально узаконили свои отношения. Но спокойной и размеренной жизнью в Первопрестольной они недолго смогли наслаждаться.

Из Америки с любовью

В 1923-м новоиспеченные муж и жена отправились в Нью-Йорк — по официальной версии, на выставку русского и советского искусства. Ожидалось, что чета Коненковых пробудет там всего несколько месяцев, после чего благополучно вернется на родину. Однако предполагаемая короткая деловая поездка затянулась на годы — лишь спустя двадцать с лишним лет Маргарита и Сергей смогли вновь оказаться в Москве.

В 20-х годах прошлого века Сергей и Маргарита Коненковы со спецзаданием отправились в США. Командировка, рассчитанная всего на пару месяцев, затянулась на несколько лет
В 20-х годах прошлого века Сергей и Маргарита Коненковы со спецзаданием отправились в США. Командировка, рассчитанная всего на пару месяцев, затянулась на несколько лет

Коненкова хорошо знала английский язык, поэтому быстро освоилась в Штатах. Будучи блестяще образованной и начитанной, да к тому же еще и невероятно привлекательной женщиной, она моментально влилась в американский высший свет. Именно там у нее и открылись удивительные коммуникативные навыки — Маргарита могла заговорить кого угодно. Такая особенность очень помогла карьере ее благоверного: супруги Коненковы только и успевали организовывать выставки работ Сергея. Кроме того, муза скульптора помогала находить ему богатых клиентов и ассистировала во время работы.

Маргарита вообще стала лучшей рекламой своему мужу. Скульптуры, для которых позировала девушка с точеной фигурой, пользовались огромным спросом, и многие мужчины теряли головы при виде советской чаровницы с золотыми кудрями.

Впрочем, в США Коненкова попала по другой причине: эту поездку для нее и ее супруга, которому пообещали золотые годы и всесоюзную славу, организовало НКВД. Агенту «Лукас», именно таким кодовым именем обзавелась Маргарита, предстояло выведать все секреты о ядерных разработках американцев. Для того, чтобы сделать это, ей пришлось всеми правдами и неправдами добиваться близкого знакомства с легендарным физиком и математиком Альбертом Эйнштейном, который тогда трудился в институте передовых исследований в Принстоне.

Роман с гением

Лицом к лицу встретиться с прославленным ученым обворожительной шпионке удалось только в 1935 году. Дирекция Принстонского университета заказала у Сергея Коненкова портрет Альберта Эйнштейна. Естественно, переговорами занялась Маргарита. Когда все организационные моменты были улажены, Коненкова начала добиваться расположения физика-теоретика, чтобы выведать у него ядерные секреты.
Эйнштейн тогда был глубоко женат на своей двоюродной сестре Эльзе Левенталь, но это нисколько не мешало ему флиртовать с другими представительницами слабого пола. Чем любвеобильный немец, являвшийся большим ценителем женской красоты, и занимался. Кстати, по свидетельствам источников, в самом расцвете сил ученый частенько коротал ночи в компании девушек легкого поведения и нисколько этого не стеснялся.

«Он был удивительно скромным человеком, не любил никаких официальных собраний, в шутку говорил, что известен своими пышными волосами. Когда Сергей Тимофеевич работал над портретом Эйнштейна, тот был очень оживлен, увлеченно рассказывал о своей теории относительности. Я очень внимательно слушала, но много понять не могла. Мое внимание поощряло его», — столь скупо описывала Коненкова Эйнштейна в своем дневнике, чтобы не навлечь на себя никаких нежелательных подозрений.

Однако людей из круга общения супругов Коненковых все же смущало, что Маргарита слишком часто наведывается в Принстон, в то время как ее благоверный побывал там лишь один-единственный раз и по памяти смог заняться созданием бюста. Жена известного скульптора использовала это время с пользой — она смогла подружиться не только с самим Альбертом, но и с его супругой, а также падчерицей Марго.
До 1936 года отношения Коненковой и Эйнштейна действительно носили преимущественно дружеский характер. Все резко изменилось после того, как ушла из жизни Эльза. Немецкий ученый, и раньше не скрывавший своих симпатий, признался россиянке, что горячо и искренне полюбил ее. Чувства оказались взаимными, и любовники стали регулярно встречаться. Гнева законного супруга Маргарита не боялась — она знала, что Сергей ей всецело доверяет и к Альберту уж точно ревновать не станет.

Маргарита Коненкова и Альберт Эйнштейн держали свой роман в секрете. Тайное стало явным лишь в 1998 году, когда были обнародованы любовные письма ученого
Маргарита Коненкова и Альберт Эйнштейн держали свой роман в секрете. Тайное стало явным лишь в 1998 году, когда были обнародованы любовные письма ученого

Чтобы спокойно наслаждаться обществом друг друга, Эйнштейн даже написал Коненкову письмо, в котором говорилось о том, что его супруга якобы серьезно больна и ей просто жизненно необходимо регулярно выезжать на курорты. К посланию он даже приложил заключение врача, с которым тесно общался. Так Маргарита стала совершенно «легально» на несколько недель выбираться в Саранак-Лейк, где Альберт снимал коттедж и держал свою яхту.
Отношения немецкого ученого и советской разведчицы совсем не были похожи на банальную интрижку. Эйнштейн любил Коненкову, о чем свидетельствовали его нежные письма и посвященный ей сонет:
Тебе не вырваться из семейного круга Это наше общее несчастье Сквозь небо неотвратимо И правдиво проглядывает наше будущее Голова гудит, как улей Обессилили сердце и руки… Ты говоришь, что любишь меня, Но это не так. Я зову на помощь Амура, Чтобы уговорил тебя быть ко мне милосердной.
Доподлинно неизвестно, был ли Альберт Эйнштен в курсе, что его избранница работала на советские спецслужбы, и он сам на протяжении почти десяти лет был их осведомителем. Однако летом 1945 года паззл сложился — именно в то время американцы провели первые испытания ядерного оружия, о которых советские власти благодаря слаженной работе разведки знали заранее. Тогда-то чета Коненковых начала поспешно собираться домой — их срочно вызывали на родину. Для этого сам вождь Иосиф Сталин распорядился прислать им целый пароход, чтобы погрузить туда все работы скульптора.
До отъезда перед Маргаритой стояла еще одна задача: организовать встречу ученого с неким консулом Михайловым, который и должен был заняться вопросами переправы четы Коненковых обратно в СССР. Ради спокойного возвращения любимой женщины домой, физик согласился и на эту авантюру.

В августе 1945-го Эйнштейн и Коненкова расстались навсегда. На прощание он подарил ей именные часы, которые она хранила до конца своих дней.

В сентябре того же года Сергей и Маргарита оказались в Москве. Однако общение с физиком шпионка не оборвала — вплоть до смерти Эйнштейна в 1955-м влюбленные вели переписку. В письмах Альберт Эйнштейн клялся Маргарите Коненковой, что больше никогда не полюбит ни одну женщину так сильно, как ее. Из посланий ученого пассии следовало, что он до последнего тешил себя надеждами о воссоединении с ней. Как известно, этого так и не произошло… Уже на закате лет, когда ученый серьезно заболел (у него была диагностирована аневризма аорты), он даже отказался от операции, которая могла бы продлить ему жизнь — существования без горячо любимой Маргариты он себе не представлял.

Жизнь после Эйнштейна

По возвращении домой супругам Коненковым пришлось столкнуться с травлей. Их обвиняли в том, что неспокойное военное время они провели, шикуя в США. Тогда, по слухам, Маргарита Ивановна написала письмо Лаврентию Берии с просьбой оградить ее семью от необоснованных нападок, поскольку они с супругом служили отечеству.
В Москве Маргарита, по понятным причинам, не смогла вести активную светскую жизнь. Она с головой ушла в домашнее хозяйство, поскольку других забот у нее не было. Несмотря на то, что шпионка 50 лет прожила в браке со скульптором, детьми она так и не обзавелась — Маргарита боялась испортить свою стройную фигуру, которой так восхищались мужчины. Но с возрастом от аристократической красоты Коненковой не осталось и следа — она переживала из-за того, что сильно располнела. Маргарита Ивановна была постоянно на нервах и даже убедила себя в том, что неизлечимо больна — на склоне лет она перестала вставать с кровати, хотя врачи и не находили видимых для этого причин.
В 1971-м на 98-м году жизни не стало Сергея Тимофеевича, и его супруга окончательно потеряла интерес к происходящему вокруг. Когда женщина стала совсем беспомощной, над ней начала жестоко издеваться ее же домработница. Гувернантка украла драгоценности и дорогие наряды нанимательницы, кормила ее прямо с газеты и насильно заставляла употреблять алкоголь.
Последние годы жизни Коненковой были похож на кошмар, ставший явью. Маргарита Ивановна умерла в 1980 году от истощения. Морила ли ее голодом обозлившаяся домработница, или она сама отказалась от еды, и по сей день остается загадкой. Перед смертью Маргарита Коненкова попросила племянника сжечь свой архив, в котором и хранилась любовная переписка с Альбертом Эйнштейном.    

 

http://pogudin-oleg.ru/forum/10-548-1

Конёнкова Маргарита Ивановна (1896-1980 гг.)

В девичестве Воронцова. Отец - Воронцов Иван Тимофеевич присяжный поверенный, адвокат Сарапульского Окружного суда. Закончила женскую гимназию. Свободно владела английским и немецким языками. В Москве училась на юридических курсах мадам Полторацкой и проживала на Поварской в семье доктора Ивана Бунина, была знакома с Федором Шаляпиным, Сергеем Есениным, Анатолием Мариенгофом, Сергеем Рахманиновым, Всеволодом Мейерхольдом и др. В 1915-ом познакомилась и 1922 году вышла замуж за выдающегося русского скульптора С.Т. Конёнкова.

В 1998 году на торги в "Сотби" были выставлены именные часы Альберта Эйнштейна, его рисунок, несколько уникальных фотографий и письма, свидетельствующие о весьма нежных отношениях между великим физиком и женой известного русского скульптора Маргаритой Коненковой. Консультант "Сотби" Паул Нидхэм, которому полагалось оценить коллекцию, увлекся и заявил о себе как о первооткрывателе ранее неизвестной страницы "донжуанского списка" создателя теории относительности. Он же взял на себя смелость прокомментировать вытекающее из писем предположение о том, что по просьбе своей возлюбленной "дедушка атомной бомбы" мог оказать определенные услуги советской разведке, которую в 40-е годы очень интересовали достижения американской ядерной физики.
Комментарий получился не слишком убедительным. По крайней мере заявления российских спецслужб, которые доказывали, что Альберт Эйнштейн "не представлял никакого интереса для советской разведки", выглядели аргументированнее. Но только на первый взгляд. Действительно, к атомному проекту Эйнштейн не привлекался, но имел полную информацию о ходе создания американской атомной бомбы. Достаточно напомнить, что именно его письмо убедило президента Рузвельта заняться ядерными разработками. Примечательно, что до сих пор не рассекречены и оперативные дела пребывания за границей Сергея и Маргариты Коненковых (по сведениям некоторых источников, дела N137993 и N137994). Немаловажной представляется и такая деталь: материалы об отъезде супругов Коненковых из Америки были на контроле у сотрудника нью-йоркской резидентуры Анатолия Аяцкова, который за вклад в решение советской атомной проблемы посмертно удостоен звания Героя России.
Большинство документов, которые использованы в этой публикации, приводятся впервые. Но это далеко не полный комплект исследовательских материалов. Находки последнего времени открыли совершенно неожиданные сюжетные ходы...

Сонет за подписью "А.Е."

Из СССР Коненковы выехали в 1923 году для участия в выставке русского и советского искусства в Нью-Йорке. Предполагалось, что на несколько месяцев, но сложилось иначе: возвращение состоялось только через двадцать с лишним лет. Причем обстоятельства этого возвращения были весьма необычными. По распоряжению Сталина под работы Сергея Коненкова был зафрахтован пароход, а в Москве ему почти сразу выделили громадную мастерскую на улице Горького. Таких благ не получил никто из реэмигрантов, и на Коненковых посыпались упреки за то, что они, прожившие самые трудные для страны военные годы за границей, незаслуженно получили от власти слишком много. Как свидетельство той давней склоки в столичной среде сохранилась копия письма Маргариты Коненковой, адресованного Лаврентию Берия с просьбой оградить семью от необоснованных нападок с учетом "ее заслуг и заслуг С. Т. Коненкова перед Родиной".
Особые государственные заслуги Маргариты Коненковой тогда еще не были известны. Поэтому показалось странным, почему к власти апеллирует именно она, а не сам же Сергей Коненков - скульптор с мировым именем, действительный член Российской Императорской Академии Художеств и Академии художеств СССР, еще до революции названный "русским Роденом". После выяснилось, что скорее всего Коненков даже не подозревал о переписке свой супруги с весьма специфической организацией. Не обращая внимания на пересуды, которые так и не утихли, он дожил до девяноста семи лет и умер от воспаления легких 9 октября 1971 года.
Маргарита Коненкова пережила своего мужа на девять лет. Уже после ее смерти среди газетных вырезок обнаружились несколько забавных рисунков, выполненных "вечным пером", испещренные формулами листы и сонет на немецком языке, подписанный инициалами "А. Е.". Не узнать характерный почерк Альберта Эйнштейна было просто невозможно. Листы с математическими выкладками атрибутировали достаточно легко - один из вариантов теории относительности. Но поскольку прочитать сонет никто не смог, находки скопом были переданы на хранение в архив Академии наук СССР.


Годы спустя проблемы с переводом сонета испытали и "настоящие" немцы - "язык Эйнштейна не совсем немецкий". Только в 1993 году удалось до конца прочитать это удивительное признание в стихотворной форме. После некоторой поэтической обработки оно оказалось еще изящнее.
Две недели томил тебя И ты написала, что недовольна мной. Но пойми - меня также мучили другие Бесконечными рассказами о себе. Тебе не вырваться из семейного круга Это наше общее несчастье Сквозь небо неотвратимо И правдиво проглядывает наше будущее Голова гудит, как улей Обессилили сердце и руки.
Приезжай ко мне в Принстон Тебя ожидают покой и отдых Мы будем читать Толстого, А когда тебе надоест, ты поднимешь На меня глаза, полные нежности, И я увижу в них отблеск Бога Ты говоришь, что любишь меня, Но это не так. Я зову на помощь Амура, Чтобы уговорил тебя быть ко мне милосердной.

А.Е. Рождество. 1943 г.
Перевод не оставил сомнений: отношения Маргариты Коненковой и Альберта Эйнштейна были значительно теснее дружеских.
... И Роберт Оппенгеймер

Еще один сюрприз преподнес музейный фотоархив, где отыскался снимок, на котором Маргарита Коненкова изображена вместе с Альбертом Эйнштейном, его женой Эльзой, дочерью Маргот и улыбчивым неизвестным. Один из иностранцев, побывавших в музее Коненкова, без труда опознал в неизвестном Роберта Оппенгеймера. Выходило, что с "отцом американской атомной бомбы" Маргарита Коненкова была знакома по крайней мере с 1936 года.
Вряд ли этот факт был неизвестен советской разведке. Но тогда ни СВР, ни ГРУ никак не отреагировали на данное предположение. Неожиданное подтверждение тогда еще только гипотезы пришло от бывшего начальника Четвертого (диверсионно-разведывательного) управления НКВД-НКГБ генерал-лейтенанта Павла Судоплатова. В книге "Разведка и Кремль" он писал: "Жена известного скульптора Коненкова, наш проверенный агент, действовавшая под руководством Лизы Зарубиной (жена Василия Зарубина, резидента НКВД в США. - "Итоги"), сблизилась с крупнейшими физиками Оппенгеймером и Эйнштейном в Принстоне. Она сумела очаровать ближайшее окружение Оппенгеймера. После того как Оппенгеймер прервал связи с американской компартией, Коненкова под руководством Лизы Зарубиной и сотрудника нашей резидентуры в Нью-Йорке Пастельняка (Лука) постоянно влияла на Оппенгеймера и еще ранее уговорила его взять на работу специалистов, известных своими левыми убеждениями, на разработку которых уже были нацелены наши нелегалы и агентура..."
И следующая цитата из книги Павла Судоплатова: "Существенной была роль Михоэлса и Фефера также и в разведывательной операции по выходу на близкие к Эйнштейну круги ученых-специалистов, занятых разработкой в то время никому не известного "сверхоружия". Эти люди встречались с близкими к семье Эйнштейна русскими эмигрантами супругами Коненковыми, и через них, правда, в устной форме, к нам поступала важная информация о перспективах нового "сверхоружия", обсуждавшихся в Принстоне при участии Ферми и Оппенгеймера. Координацией всей этой работы по линии нашей разведки в США занимались, кроме Зарубиных, Хейфец и Пастельняк".
Но и после этого СВР продолжала утверждать, что Маргарита Коненкова и Альберт Эйнштейн "просто любили друг друга" - дескать, великий физик, известный жизнелюб, не смог пройти мимо очаровательной женщины.

"Народный художник"

Это советская критика нивелировала Сергея Коненкова до титула народного художника, "работающего в национальных традициях". До революции он был чуть ли не самым популярным скульптором, и приобрести его работы могли только очень состоятельные люди. Например, скрипач Анатолий Микули, чтобы купить портрет Баха, продал своего "Гварнери". Еще один шедевр - портрет Паганини, который публика видела на выставке 1908 года, - купил для своего особняка миллионер Рябушинский и спрятал перед эмиграцией так, что его до сих пор не могут найти. Наиболее впечатлительные персоны объясняют неудачу поисков проделками дьявола - дескать, лукавый пожелал иметь при себе не только лучшего скрипача всех времен, но и лучшее его изображение.
Кстати, церковь Коненкова никогда не жаловала, хотя из-под его резца выходили изумительные изображения Христа. Многие были уверены, что талант Коненкова и Паганини сродни. Особенно когда видели Коненкова, играющего на скрипке перед мраморным маэстро. Да и образ жизни Коненкова не внушал доверия благочинной публике.
Он мог собрать на паперти слепцов и, аккомпанируя на лире, распевать с ними нечто богоугодное. В 1905 году закупил браунингов и возглавил рабочую дружину, которая обороняла баррикаду у ресторана "Прага". Подступы к своей мастерской на Пресне засеял рожью вперемежку с васильками. Но еще больше поражали гости, которые стали появляться в экзотическом сооружении. Порой в один вечер у Коненкова собиралась богема обеих российских столиц. Здесь пил спирт и пел несравненный Федор Шаляпин, танцевала Айседора Дункан, а Сергей Есенин и вовсе считал мастерскую на Пресне своим вторым домом.
Первая жена Коненкова Татьяна Коняева, с которой он познакомился на баррикадах, устав от богемной жизни, ушла. Но одиночество продолжалось недолго. Как-то приятель Коненкова, молодой скульптор Петр Бромирский, показал ему фотографию своей невесты - двадцатилетней Маргариты Воронцовой.

Маргарита

Почитатели творчества Сергея Коненкова заметили, что с 1916 года его обнаженные скульптуры разительно преобразились. Когда моделью скульптора была дочь кочегара и фабричной работницы Татьяна Коняева, женские образы из-под резца выходили крепкие телом - объемные запястья, прочные щиколотки. И вдруг - полная перемена пластики. Критика заговорила об очередной эстетической революции в творчестве Коненкова. Но все было значительно проще: сорокадвухлетний маститый скульптор, как мальчишка, влюбился в молоденькую провинциальную дворяночку. "Девушка на фотографии была так прекрасна, что показалась мне творением какого-то неведомого художника. Особенно прекрасен был поворот головы. И руки - необыкновенно красивые руки, с тонкими изящными пальцами были у девушки на фотокарточке. Таких рук я не видел никогда!" - вспоминал он позже.
Маргарита Воронцова, дочь присяжного поверенного из заштатного городка Сарапула, училась на юридических курсах мадам Полторацкой и проживала на Поварской в семье доктора Ивана Бунина. Повинуясь нажиму, Бромирский привел Коненкова в дом Буниных. И уже через несколько дней Маргарита впервые переступила порог мастерской на Пресне. Коненков тут же объявил: "Поедем кутить в Стрельню!" По воспоминаниям Маргариты, цыгане встретили Коненкова как родного, а ей на выбор было предложено шампанское или другое вино. Она же попросила "стаканчик молока", и среди цыган, хорошо знавших вкусы коненковской компании, возникло замешательство...
Но дело было сделано: влюбленный Коненков растрогался до слез. А друзья, опасаясь его непредсказуемых кулаков (до старости на спор гнул пятаки), промолчали, хотя были наслышаны, что Маргарите уже известен не только вкус вина. Квартируя у Буниных, большую часть времени девица Воронцова проводила в доме Шаляпиных, дружила с дочерью певца Ириной, а сын Шаляпина Борис был ее возлюбленным. Дело шло к свадьбе, когда Маргариту застали флиртующей с самим хозяином дома. Скандал закончился тем, что у нее появился очередной жених - незадачливый Бромирский.
Когда отношения Сергея Коненкова и Маргариты зашли слишком далеко, Бунины подняли панику: сетовали, что Маргарита попала в богему и называли Коненкова пьяницей. Вскоре наступили каникулы, и девицу спровадили в Сарапул к родителям. Коненков - за ней. Просил руки, но получил отказ "из-за большой разницы в возрасте". Вернулся в Москву совершенно потерянным. Разогнал компанию и принялся по памяти вырезать из дерева портрет возлюбленной. Затворничество не затянулось, поскольку вскоре объявился сам оригинал.
Последующие шесть лет были туманно названы "периодом испытания чувств". Судя по письму, сохранившемуся в шаляпинском архиве, в одно время Маргарита вдруг воспылала прежней страстью к юному Борису Шаляпину и тайком бегала на свидания. Но очень скоро она сделала выбор в пользу титула "Ваше Превосходительство", который полагался супруге действительного члена Императорской Академии Художеств. И первым делом устранила потенциальную, как она полагала, соперницу - Наталью Кончаловскую (мать Андрона Кончаловского и Никиты Михалкова), которая уж очень восторженно смотрела на своего крестного отца Сергея Коненкова.
Хроника соперничества зафиксирована в сохранившихся воспоминаниях самой Кончаловской: "И вот был выточен из дерева первый портрет Маргариты Ивановны, и с ним вошла в жизнь Сергея Тимофеевича любовь и прогнала его одиночество. Отошли в сторону мужики, мастеровые с постоянной четвертной бутылкой водки, которую я, бывало, прятала от всей честной компании, где-нибудь зарыв ее в углу в стружки. Пришла забота женских рук, прелестных ручек Маргариты, пришло время заменить косоворотку свежими воротничками рубашки и галстуком, а высокие сапоги - элегантными ботинками, и незаметно я отошла от повседневного пребывания в мастерской".
Без малого семь лет Маргарита пробыла в качестве гражданской жены Коненкова, но никто из его великих собутыльников - ни Сергей Есенин, ни Анатолий Мариенгоф, ни Федор Шаляпин, ни Всеволод Мейерхольд - даже словом не обмолвились о существовании этой женщины. Складывается впечатление, что в эти годы она как бы растворилась в Коненкове, стала его тенью.
Звездный час этой женщины наступил в Америке.
В послереволюционной России утонченность считалась признаком уходящей эпохи. В Америке наоборот - процветал изысканный арт-деко. И Маргарита не упустила момент. Ее преображение в экзальтированную американку было похоже на чудо: только появились первые доллары, московская одежда улетела в мусорный бак, на ножках засеребрилась паутинка прозрачных чулок, столь ненавистных большевистским культурологам, а ногти засверкали перламутром. Появились и дорогие украшения. Удовольствие, конечно, не из дешевых, но Маргарита отнюдь не грабила своего мужа, который стал самым популярным портретистом Америки. Благодаря вдруг прорезавшемуся таланту общения и хорошему знанию английского она обеспечивала большую часть заказов, поступавших Коненкову.
Со временем она стала не менее популярной, чем Коненков и его работы. Наталья Кончаловская, которая вместе с первым мужем, советским коммерсантом (и разведчиком), тоже приехала в Америку, отметила, что Маргарита "весьма органично восприняла светскую жизнь". В доме Коненковых стали появляться молодые люди, явно симпатизирующие хозяйке, которая из своего закутка перебралась в центр светских интриг и романов.
Этому в немалой степени способствовали последние работы Коненкова. Например, "Струя воды", "Вакханка", а после - знаменитая "Бабочка" и многие другие, для которых Маргарита позировала обнаженной. Работы прекрасные, они имели колоссальный успех. А самое главное - были узнаваемы.
Прошло десять лет с того момента, когда молоденькая Маргарита, наивно кокетничая, заказала в цыганском ресторане молоко вместо шампанского. Теперь ее флирт стал изощреннее. Мужчины просто теряли головы. Злые языки утверждают, что и Сергей Рахманинов страстно добивался расположения Маргариты. А стремительный роман с Федором Шаляпиным подтверждают очевидцы. Однажды во время приема Маргарита и Шаляпин закрылись в спальне - просто встали и на глазах у всех удалились. Это произошло настолько откровенно, что не прореагировать Коненков не мог. Он стучал в дверь, звал, ругался, потом у него потекли слезы. Когда дверь открылась, Федор Шаляпин выглядел смущенным. Маргарита нисколько. Остановилась возле рыдающего Коненкова и тихо сказала: "Гости же..."
Уже глубоким стариком, он все не мог забыть ей эпизода с Федором Шаляпиным. - Успокойся, детка, ничего там не было, - уверяла Маргарита. Но Коненков, большая ехидна на старости лет, продолжал ее поддразнивать: - Ну, Маргариту я Шаляпину простил. С каким мужиком не бывает! А вот что он Врубелю влепил пощечину (был такой эпизод на одном из банкетов), этого я ему не простил...

Физик
Порог мастерской Коненкова Альберт Эйнштейн впервые переступил в 1935 году - его портрет был заказан администрацией Принстонского университета. Об этом событии Сергей Коненков пишет в мемуарах весьма скупо. Еще сдержаннее Маргарита Коненкова: "Он был удивительно скромным человеком, не любил никаких официальных собраний, в шутку говорил, что известен своими пышными волосами. Когда Сергей Тимофеевич работал над портретом Эйнштейна, тот был очень оживлен, увлеченно рассказывал о своей теории относительности. Я очень внимательно слушала, но много понять не могла. Мое внимание поощряло его, он брал лист бумаги и, стараясь объяснить свою мысль, делал для большей наглядности рисунки и схемы. Иногда объяснения меняли свой характер, приобретали шутливую форму - в такую минуту был исполнен наш совместный рисунок - портрет Эйнштейна, - и он тут же придумал ему имя: Альма, то есть Альберт и Маргарита".
Все, больше почти ни строчки. Странно, не правда ли?
30-е годы - самый неисследованный период жизни четы Коненковых в Америке. О 20-х известно практически все - выставки, грандиозный успех, дорогие заказы. И вдруг динамика исчезает: Коненков закрылся в мастерской и стал вести жизнь отшельника. Позже выяснилось, что как-то в поезде Маргарита познакомилась с неким Дмитрием Шмелевым, членом общины "Ученики Христа", которую организовал известный толкователь Библии Чарльз Тэйз Расселл. На нее встреча особого впечатления не произвела, а вот Коненков вскоре превратился в одного из активных почитателей Расселла, серьезно увлекся мистикой и теософией. Именно на религиозной почве у него чуть было не произошел конфликт с Эйнштейном. Они вместе спускались в лифте, и вдруг Коненков спросил:

- Вы верите в Бога? - Нет, - коротко ответил физик. - Ну и дурак...
Маргарита постеснялась перевести последнюю фразу. Но Эйнштейн все понял и при случае, когда Коненковы гостили в Принстоне, подробнее изложил свои взгляды на религию. После чего, как отмечает Сергей Коненков, их на долгие годы связали "теплые, дружеские отношения". Но если Коненков только раз съездил в Принстон, когда работал над портретом Эйнштейна, то Маргарита, что называется, зачастила. И поначалу это не казалось пикантным.
Сегодня трудно вспомнить, как возникла идея разложить снимки из архива Коненковых в хронологическом порядке. Но результат превзошел ожидания. На самом первом снимке чета Коненковых изображена вместе с четой Эйнштейнов. Потом Сергей Коненков исчезает из видового ряда, на фотографиях - только близкие Эйнштейна, причем он рядом с женой, а Маргарита в сторонке. После 1936 года, когда умерла Эльза Эйнштейн, ее место уверенно заняла Маргарита Коненкова. Примечательно, что ни в одном из западных источников прежде не упоминалось даже о том, что Коненкова и Альберт Эйнштейн были знакомы...
В 1936 году Маргарите Коненковой было уже сорок лет. Свежесть ускользала - в "Магнолии", последнем обнаженном портрете Маргариты, заметно, как "поплыли" формы. Легкокрылой порхающей "Бабочки" просто не стало, а погрузневшей "Магнолии" уже были не с руки прежние безумства. Незаметно растворились в бездушном мегаполисе и прежние многочисленные почитатели. У Маргариты, избалованной бурной светской жизнью, на тот момент остались только два постоянных пристрастия: Альберт Эйнштейн, которого она регулярно навещала, и ручные крысы, которым, по-видимому, досталось все ее нереализованное материнское тепло - не хотела иметь детей, чтобы не испортить великолепную фигуру. Сохранилась фотография - Маргарита и крысы. Не расставалась она с ними и во время поездок к Эйнштейну.
Вот одно из писем Коненковой к мужу из Принстона, датированное 31 мая 1940 года. В Европе уже вовсю полыхала Вторая мировая война.

Дорогуся!
Вчера я приехала к Маргоше (приемная дочь Эйнштейна. - "Итоги") и думаю побыть здесь до субботы. Вид у Маргот ужасный. Она потеряла 3 1/2 фунта. Эйнштейн сказал мне, что доктора подозревают у нее туберкулез гланд. Это прямо ужасно! Ведь они абсолютно в панике из-за европейских событий. Ожидают, что здесь тоже будет нацизм, и Маргот собирается продать свой дом и бежать в Калифорнию. Штат Нью-Джерси и штат Нью-Йорк они считают самыми опасными в случае вспышки здесь национализма. Погода тоже способствует - ужасно холодно и льет дождь. Наши мышки воюют. "Крошка" и "Snow Boll" два раза сидели в карцере, но ничего не помогает. "Серая тучка", как всегда, мечтает, сидя на крыше. В среду я была у Сиппреля. Она лишь сообщила невероятную историю: жена "Собачкина" влюбилась в Узумова, и он в нее! Целую крепко. Маргарита.
P.S. Эйнштейн шлет тебе привет".

В 1941 году Маргарита Коненкова снова оказалась в центре внимания. И хотя русские эмигранты в США по-разному восприняли нападение Гитлера на СССР (например, семья авиаконструктора Игоря Сикорского откровенно симпатизировала Германии), антифашистские настроения все же преобладали. На этой волне и было создано Общество помощи России - American Society for Russian Relief Inc., в которое вошли Сергей Рахманинов, Михаил Чехов, Яша Хейфец, Ефрем Цимбалист, князья Павел Чавчавадзе и Сергей Голенищев-Кутузов, а также многие другие именитые эмигранты. Сергей Коненков был избран членом Центрального совета, но Маргарита Коненкова поднялась еще выше в табели о рангах этой весьма неоднозначной (как потом выяснилось, курировавшейся НКВД) организации: ее избрали секретарем Общества и обеспечили штатом помощников в несколько сот человек.
С этого момента она редко бывала дома и, по отзывам современников, весьма преуспела на благотворительном поприще, немало сделав для помощи воюющей родине. Ну а так как все русское в годы войны стало весьма модным, повысилась и популярность секретаря Русского общества - ее портреты довольно часто мелькали в американской прессе. Маргарита Коненкова стала вхожа в самые высокие круги, познакомилась со многими американскими влиятельными политиками и бизнесменами. В числе ее близких знакомых оказалась и первая леди Америки Элизабет Рузвельт.

Бомба
На момент встречи Альберту Эйнштейну было 56, а Маргарите Коненковой 39 лет. Чтобы иметь возможность проводить вместе летние отпуска и подолгу оставаться наедине, еще в 1939 году Альберт Эйнштейн написал Сергею Коненкову письмо, в котором поставил его в известность о якобы серьезном недуге Маргариты - к письму прилагалось заключение врача, приятеля Эйнштейна, с рекомендацией побольше проводить времени в "благодатном климате на Саранак-Лейк". Где, как известно, Альберт Эйнштейн держал свою знаменитую яхту и арендовал коттедж под номером шесть.
Оригинально просто, как и все, что выходило из-под пера гениального физика! Возможно, Коненков и не догадывался, что мировая знаменитость с детской непосредственностью водит его за нос, поэтому с легкостью отпускал Маргариту. Но в августе 1945 года он, несомненно, был в курсе, что на этот раз Маргарита Коненкова поехала к Эйнштейну с особой миссией. Причем уезжала весьма спешно, не простившись с любимыми крысами и забросив упаковку вещей, - Коненковы готовились к отъезду в СССР.

"Дорогуся!
Я очень рада была получить от тебя весточку. Ты пишешь, что Буржуа советует тебе для упаковки компанию Бодвордт. Но ведь я тебе тоже о них говорила. Я только боюсь, что эта компания очень дорогая. Если все же ты решил обратиться к ним, то, по всей вероятности, они заберут все вещи и упаковывать будут в их мастерской, где у них все приспособления. Ужасно меня удивляет и беспокоит, что консул ничего не предпринимает по поводу упаковки. Перед тем, как обратиться в Бодвордт, нужно, конечно, выяснить вопрос с консулом. Упаковка ведь будет стоить очень дорого... Всегда твоя Маргарита.
P.S. Дай крошкам в мою честь что-нибудь сладенького".

"Крошки" - это крысы, а на безымянного "консула" мы сначала просто не обратили внимания. Но вот строки из письма от 19 августа 1945 года, в котором роль "консула" несколько проясняется: "С Эйнштейном я еще не говорила о консуле. Боюсь, что он не согласится его принять, но я все-таки попробую... Только теперь чувствую, как ужасно я устала (устала на курорте! От чего?) и как мне необходим отдых".
Примечательно и совпадение дат. Месяцем раньше, 16 июля 1945 года, в штате Нью-Мексико американцы успешно провели испытания первой в мире атомной бомбы. О параметрах взрывного устройства и предполагаемой дате испытания нью-йоркская резидентура НКВД сообщила в Москву за две недели до события. В тот же день начальник внешней разведки НКВД СССР Павел Фитин поставил в известность Сталина, Молотова, Берия и Курчатова - руководителя советского атомного проекта. Поэтому 18 июля 1945 года, в день открытия Потсдамской конференции, когда президент Гарри Трумэн сообщил Сталину о создании в Соединенных Штатах нового оружия "необыкновенной разрушительной силы", советский лидер остался невозмутим. Заранее информированный английский премьер-министр Уинстон Черчилль сделал вывод: Сталин ничего не понял из сказанного. Но он очень заблуждался. Уже 18 августа 1945 года вышло Постановление Государственного Комитета Обороны СССР за N 9887-сс/оп "О специальном комитете при ГКО", согласно которому производство атомной бомбы в СССР ставилось на промышленную основу. Последним пунктом предписывалось "поручить тов. Берии принять все меры к организации закордонной разведывательной работы по получению более полной технической и экономической информации об урановой промышленности и атомных бомбах".
К этому времени советская разведка уже перетаскала в Москву многие американские атомные секреты. Но пока еще не столько, чтобы можно было запустить производство атомной бомбы в России. Поэтому в августе 1945 года были предприняты экстренные меры, подчас авантюрные, но о них будет рассказано позже.
Изрядно нервничала в тот период и Маргарита Коненкова. 21 августа 1945 года она отправляет Коненкову в Нью-Йорк весьма раздраженное послание.
"Дорогуся моя! Сейчас написала маленькое письмо Пав. П. Михайлову (консулу) с сообщением, что Эйнштейн будет рад его видеть. Я все выжидала удобную минуту (в смысле настроения!), чтобы спросить Эйнштейна об этом. Возможно, что консул будет тебе звонить, если действительно он думает приехать. Как-то ты, мой дорогой, и как мои зверьки? Меня ужасно беспокоит вопрос с упаковкой и т.д. неужели ты до сих пор ничего не слышал от консула? Прямо жуть берет. Я же вот исполнила свое обещание - переговорила о нем с Эйнштейном и сразу даю ему об этом знать. <...> Интересно, приедет ли консул. Я на его месте подождала бы до сентября и поехала бы к Эйнштейну в Принстон. Всего один час езды, а чтобы доехать сюда, нужно потратить так много времени и денег..."
И наконец, последнее письмо, отправленное 27 августа 1945 года.

"Роднуся! Что же ты мне пишешь так редко? За все время я получила от тебя только 2 письма. 21-го августа я писала тебе, что одновременно пишу и Михайлову, консулу, о том, что Эйнштейн сказал, что будет рад его здесь видеть. К моему удивлению, от Михайлова до сих пор нет ни слуха, ни духа. Мне просто неудобно перед Эйнштейном, который несколько раз меня спрашивал, "когда же приедет Ваш консул?" Ведь мог же он ответить: несколько слов, приедет он или нет. Я дала ему также телефон, по которому он мог меня вызвать, если он почему-то не хотел писать. Меня все время беспокоит вопрос об упаковке твоих скульптур. Действительно, Михайлов сказал, что ему поручено оказать всяческое содействие - но кто знает, что он подразумевает под этим "содействием". Во всяком случае мне кажется, что дальше ждать нельзя и нужно поставить им вопрос ребром - будут они упаковывать или нет. Ведь время летит, а мы все на том же месте, даже паспортов в руках нет.<...>
Крепко тебя целую. Твоя Маргарита!"

По всему выходило, что возвращение Коненковых в СССР и организация встречи некоего советского консула Пав. П. Михайлова с Альбертом Эйнштейном проводились почти синхронно. Причем главную роль в этих событиях играл не скульптор с мировой известностью, а его супруга, которая старательно подчеркивала в письмах мужу, что ее отношения с Эйнштейном исключительно дружеские. Естественно, захотелось выяснить, кто он такой - "Пав. П. Михайлов".
Из архива российского Министерства иностранных дел по телефону сообщили:
- Павел Петрович Михайлов родился в 1902 году в Кронштадте, русский, из крестьян, член ВКП(б) с 1927 года, образование высшее. С 1941 года - вице-консул, а с декабря 1945 года - исполняющий обязанности генконсула Генерального консульства СССР в Нью-Йорке.

- А дальше? - А дальше ничего нет. Он пришел к нам в 1941 году и ушел в 1945-м. - Куда ушел? - Как куда! Откуда пришел - в разведку. Там и ищите вашего Михайлова. А может, и не Михайлова...
Сейчас понятно, что выяснять в спецслужбах, кто работал под псевдонимом "консул Михайлов" - предел наивности. В СВР нам сообщили, что у них в архиве нет никаких документов о "Михайлове" и порекомендовали не принимать на веру все то, что написано о Коненковой в книгах Павла Судоплатова: "После пятнадцатилетнего заключения генерал все на свете позабыл". И зачем, дескать, вообще нужны были Оппенгеймер и Эйнштейн, если сам Клаус Фукс, главный разработчик атомной бомбы, работал на нашу разведку? Изобретет что-нибудь - один экземпляр кладет на стол своему непосредственному боссу Роберту Оппенгеймеру, а другой отправляет через связных в Москву.
Наконец в СРВ допустили предположение, что ГРУ, чтобы опередить НКВД, вполне могло попытаться заполучить "нечто особенное" через Эйнштейна. У внешней разведки НКВД, по словам наших собеседников, такой необходимости не было, поскольку она получила самую полную информацию по атомной бомбе не только от Клауса Фукса, но и от "Персея" (этот источник до сих пор не раскрыт), и еще в январе 1945 года. Кроме того, утверждают в СВР, вербовка Оппенгеймера не представлялась возможной из-за его личных качеств: "Оппи был по своей природе труслив, находился под каблуком у жены, а когда его прижало Большое жюри, сдал всех своих товарищей-коммунистов".
Тем не менее с документами, которыми мы располагали, пожелал ознакомиться "один старейший сотрудник СВР". "Дэн", "Джерри" - далеко не все "служебные" имена одного из самых колоритных персонажей советской внешней разведки Героя России полковника Владимира Барковского, которому в 50-е годы удалось добыть у американцев уже секреты водородной бомбы. После встречи он согласился, что отрицать существование "консула Михайлова" бессмысленно и пообещал "еще поискать". И действительно, через несколько дней перезвонил:

- Михайлов был резидентом Главного разведывательного управления в Нью-Йорке. Мне это сказал Александр Семенович Феклисов, он его помнит. В 1945 году, после того как в Канаде сбежал сотрудник ГРУ Гузенко, Михайлова объявили персоной нон-грата и выслали из США.
Александр Феклисов - тоже из плеяды "атомных разведчиков". Он работал в Нью-Йорке с 1941 по 1946 год и, конечно же, не мог не знать вице-консула Михайлова. Но на запрос в ГРУ поступил следующий ответ: "Передайте уважаемому мэтру Барковскому, что своих людей надо помнить".

Похоже, что такой ответ не очень удивил Владимира Борисовича Барковского. Он просто сменил милость на сдержанность и настоятельно порекомендовал не углубляться "в эту тему".
Эйнштейн свидетельствует...

Так в чем же заключались "особые заслуги" Маргариты Коненковой перед Родиной, о которых она не постеснялась напомнить самому Лаврентию Берия? Ее письма мужу давали только самое общее представление. Какие-то сведения о событиях тех давних дней могли оказаться в письмах Эйнштейна, с которым Маргарита Коненкова переписывалась до 1955 года. Об их судьбе должны были знать только самые близкие люди. В конце концов удалось разыскать племянника Маргариты Коненковой, который рассказал, что перед смертью она попросила его сжечь все, что хранилось в ее заветном секретере. Не выполнить по сути дела последнюю просьбу он не смог, и в огонь полетели не только письма Эйнштейна, но и Сергея Рахманинова, Федора Шаляпина и бог весть еще кого. Разбираться было недосуг. По случайности сохранилось только несколько писем, относящихся к одному очень небольшому промежутку времени - последним месяцам пребывания Коненковых в Америке и первым месяцам после их возвращения в Москву.
Принстон 8 Х1 45
"Любимейшая Маргарита!
Я получил твою неожиданную телеграмму еще в Нью-Йорке, откуда я смог вернуться только вчера вечером. Так тяжело задание, которое несет с собой большие перемены для тебя, но я верю, что все закончится благополучно. Хотя по прошествии времени ты, возможно, будешь с горечью воспринимать свою прочную связь со страной, где родилась, оглядываясь на пройденное перед следующим важным шагом. Но в отличие от меня у тебя есть еще, возможно, несколько десятилетий для активной жизни в творчестве. У меня же все идет к тому (не только перечисление лет), что дни мои довольно скоро истекут. Я много думаю о тебе и от всего сердца желаю, чтобы ты с радостью и мужественно вступила в новую жизнь и чтобы вы оба успешно перенесли долгое путешествие. В соответствии с программой я нанес визит консулу Целую. Твой А. Эйнштейн.

Более полувека спустя Альберт Эйнштейн, "дедушка атомной бомбы", лично засвидетельствовал, что встречался с советским разведчиком и даже бывал в его семье. Выполнил некое "трудное задание", которое позволило Маргарите Коненковой вернуться на родину. Вместе с тем заметно, что он не в восторге от того, чем занимался несомненно дорогой для него человек. А коль так, вывод очевиден: Альберт Эйнштейн знал, что Маргарита Коненкова связана с советской разведкой.
Их окончательное объяснение скорее всего произошло в августе 1945 года, во время последнего совместного отдыха на Саранак-Лейк. Совершенно очевидно, что Маргарита Коненкова вынуждена была пойти ва-банк и раскрыть карты. Не исключено, что сделано это было не спонтанно, а после санкции из Москвы.
 
Прикрепления: 6019238.jpg(24.6 Kb) · 9358712.jpg(13.3 Kb) · 6044662.jpg(18.3 Kb) · 1264738.jpg(12.6 Kb) · 0962537.jpg(14.6 Kb) · 5969349.jpg(8.1 Kb) · 1439974.jpg(9.9 Kb) · 4677772.jpg(16.2 Kb)
 
     
 
Валентина_Кочерова Дата: Понедельник, 28 Май 2012, 21:02 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: <span="unp">5883
Статус: Offline
Судя по тревожному тону этого письма Эйнштейна, он также был в курсе, что невыполнение приказа грозит Маргарите большими неприятностями. В противном случае ничто бы не заставило первого физика мира пойти на контакт с разведкой СССР. Он сделал это ради любимой женщины. Его последней любви.
Как уже говорилось, в августе 1945 года, после успешного испытания атомной бомбы в США, Иосиф Сталин приказал в кратчайший срок наладить атомное производство в России. Для этого надо было выяснить ряд принципиальных технических моментов. Что и было поручено знаменитому отделу НКВД "С", который возглавлял Павел Судоплатов. По его заданию советские разведчики вышли на Нильса Бора, некогда симпатизировавшего СССР. Также предполагалось устроить на территории США встречу с американскими физиками-атомщиками, считавшими опасной монополию Америки на атомное оружие. Маргарита Коненкова, как теперь очевидно, была еще одним звеном в этой разведоперации.
Уезжали Коненковы из США стремительно. В нашем распоряжении оказался весьма любопытный документ на бланке Генконсульства СССР в Нью-Йорке за подписью все того же Михайлова, которым предписано всем советским учреждениям на территории США обеспечить беспрепятственный проезд Коненковых до Сиэтла, где ждал их корабль, а также из Владивостока до Москвы. Но поскольку на территории СССР нет и не могло быть никаких дипломатических учреждений, которыми можно было бы руководить из Нью-Йорка, нетрудно догадаться, каким службам давал указания "консул Михайлов".

В конце романа
Могли ли отношения Альберта Эйнштейна и Маргариты Коненковой сложиться иначе? Наверное. По крайней мере Эйнштейн, о чем свидетельствуют его письма, до конца дней хранил в неприкосновенности тот маленький мир в своем доме, в котором он был с ней счастлив.
В конце концов Сергей Коненков узнал, что его жену и автора теории относительности связывали не только дружеские отношения. Как они объяснились, неизвестно. Но есть свидетельства, что весьма бурно. Да и жили после по-разному. Коненков - в творчестве. Маргарита - в четырех стенах. Не скрывала, что советский быт ей не по нутру. Поначалу пыталась как-то приспособиться, даже записалась на курсы политпросвещения. Но вскоре оставила это занятие. Полностью сосредоточилась на домашнем хозяйстве и на расчетах с заказчиками.
При жизни Коненкова материальные проблемы ее не касались. Но когда в день смерти скульптора к ней пришли с утешениями, то застали нервно мечущейся по комнате:
- Оставьте свои сочувствия! Что вы здесь ходите?! Или не понимаете, что я теперь нищая!
Эта неординарная женщина, по-своему, по-женски талантливая, была отмечена любовью многих великих мужчин. Любила ли она кого-нибудь по-настоящему? Или ее чувства санкционировали в НКВД? Нет ответа.
Только время сможет расставить все по своим местам. Единственное, что уже сейчас изумляет - торопливая позиция нашей политизированной общественности. Маргариту Коненкову называют исключительно "шпионкой" или "завербованным агентом". Достается и Альберту Эйнштейну. Но, может быть, следующая строчка из его письма хоть что-нибудь объяснит: "Надеюсь, что ты нашла все в нормальном состоянии на своей любимой огрубевшей родине".
Более полувека тому назад в минуту расставания Альберт Эйнштейн надел на руку Маргариты Коненковой свои именные часы. Они понимали, что прощаются навсегда. Это была их личная плата за "ядерное равновесие".
И если бы сотрудник "Сотби" был лучше информирован и сумел доказать пусть даже косвенную связь Альберта Эйнштейна с НКВД, не исключено, что Америке пришлось бы пережить самый болезненный шпионский скандал. Но Паул Нидхэм был всего лишь "техническим" звеном и на самом деле ничего не открывал: наша первая публикация (и первая вообще!) об отношениях Альберта Эйнштейна и Маргариты Коненковой появилась в России еще в 1994 году.
Служба внешней разведки РФ, по понятным причинам, не заинтересована в рекламе своей деятельности. Не менее активно старалась замять всю эту историю и американская сторона. Что тоже вполне объяснимо: в сюжете с возможной вербовкой Альберта Эйнштейна американские спецслужбы выглядят не слишком профессионально. В результате аукцион, который начинался с весьма внушительной стартовой суммы, практически провалился. Однако, как недавно стало известно, на коллекцию нашлись некие тайные покупатели и будто бы сделка уже свершилась. Не исчез интерес и к самой теме. Документальный фильм об Альберте Эйнштейне и Маргарите Коненковой в настоящий момент снимается в Японии. А художественный фильм (не исключено, что "по мотивам" позаимствованной у авторов этих строк рукописи) якобы взялся снимать в Америке известный российский режиссер.
..
Эпилог
Маргарита Коненкова пережила и своего мужа, и Альберта Эйнштейна. С годами от аристократической внешности мало что осталось - она сильно пополнела и практически не поднималась с постели. Сама себя убедила, что ноги ее не держат, хотя врачи и не находили никакого заболевания. По сути дела она оказалась затворницей. В мастерской Коненкова уже работал музей, ходили экскурсии, а на жилой половине правила бал совершенно дикая домработница, для которой и Маргаритин гардероб, и ее прошлая жизнь были предметом жгучей зависти. И теперь у нее, когда хозяйка стала беспомощной, появилась возможность сполна удовлетворить пролетарскую ненависть. "Барыню" домработница кормила селедкой с черным хлебом на газете вместо скатерти: "Пофорсила, и хватит! Теперь мы с тобой ровня". Будила спящую Маргариту только одним способом - зажигала перед лицом бумагу. Не давала папирос, без которых хозяйка уже не могла. Зная, что Маргарита не переносит спиртное, насильно вливала в нее коньяк. А однажды состригла брови.
Еще раньше Маргарита пожалела, что не отдала своей племяннице роскошную лисью шубу, предмет зависти многих: "Ты молода и не умеешь носить меха. Да и мне, может быть, придется еще выходить". Но за последние десять лет так ни разу и не пришлось. А прислуга отрезала у шубы рукава. На воротники. Маргарита рыдала: "Зачем испортила вещь! Лучше бы забрала". Хотя в доме ничего ценного и так уже не осталось. Опустела и шкатулка с драгоценностями. И только личный архив Маргариты Коненковой тогда никого не интересовал.
Она умерла от истощения. Это случилось в 1980 году в самом центре вполне благополучной Москвы. Дебелые санитары, спуская мертвое тело вниз, так пялились на фигуру обнаженной при входе в музей (портрет Маргариты), что чуть было не уронили носилки. Они, естественно, и не предполагали, что увозят в морг музу Коненкова, женщину, которой было суждено стать последней любовью Альберта Эйнштейна. Сомнительно, что им вообще были знакомы эти имена.
... Она ушла в вечность. Никому не дано знать, кого она избрала своим спутником в том до назначенного часа недоступном мире. Выбор есть: все ее мужчины уже давно там - скульптор Бромирский, отец и сын Шаляпины, Сергей Рахманинов, Сергей Коненков, Альберт Эйнштейн... И может быть, с их стороны, с изнанки, Вселенная видится именно так, как она изображена на космогониях Коненкова, - озаренная загадочной звездой Алцион из созвездия Плеяд. И летят в мерцающей пустоте всадники Апокалипсиса на огнедышащих конях, и сосредоточенный Творец заботливо прочерчивает новые орбиты для заблудившихся планет, и уже почти достроен божественный город Иерусалим, и открыты врата его, и наконец-то прозрел ослепленный Самсон... Впрочем, если Коненков слишком нафантазировал в своих рисунках, Эйнштейн это, конечно же, уже заметил. Теперь они могут спорить бесконечно. Маргарита им переведет.

С. Боброва - кандидат искусствоведения, главный хранитель Музея-мастерской С. Т. Коненкова
http://www.itogi.ru/archive/2001/29/105433.html
Возвращение Маргариты
В Сарапул вернулась удивительная женщина - Маргарита Ивановна Воронцова-Коненкова, жена и вдохновительница знаменитого скульптора, общественная деятельница, советская шпионка и великая очаровательница, у ног которой оказывались Федор Шаляпин, Сергей Рахманинов и Альберт Эйнштейн. Вернулась как героиня большой выставки, открытой в художественно-выставочном комплексе «Дача Башенина» Сарапульского музея истории и культуры Среднего Прикамья.
Родом из детства

Уроженка Сарапула, Маргарита Воронцова-Коненкова на долгие годы была забыта в родном городе. Интерес к ней возник лишь в 1990-х годах, когда в архиве Коненковой были обнаружены мучительно-любовные, пронзительные письма, подписанные Альбертом Эйнштейном. Почти в то же время были рассекречены документы советских спецслужб, доказывающие, что Маргарита Коненкова, живя в Америке, была агентом русской разведки и занималась атомным шпионажем. С этого времени ученые и журналисты начали распутывать сложную, полную перипетий историю жизни этой необыкновенной женщины.
Выставка в ХВК «Дача Башенина» - первая экспозиция, посвященная Маргарите Воронцовой-Коненковой. Для того чтобы эта выставка состоялась, старший научный сотрудник Музея истории и культуры Среднего Прикамья Валентина Конюхова связалась с домом-музеем скульптора Сергея Коненкова в Москве и проштудировала все сарапульские газеты начала ХХ века. Постепенно история Маргариты наполнялась фактами, деталями, яркими штрихами. Работая с печатными архивами, Валентина Конюхова обнаружила, что сто лет назад семья Воронцовых занимала видное место в сарапульском обществе. Почти в каждом номере газеты «Прикамская жизнь» дореволюционного периода фамилия Воронцовых упоминается в связи с общественной жизнью города. Маргарита Васильевна Воронцова устраивала многочисленные благотворительные вечера и спектакли, балы-маскарады, возглавляла благотворительное общество и приют для младенцев-сирот. А Иван Тимофеевич Воронцов публиковал свои статьи и фельетоны (нередко довольно острые) о развитии жизни и общественных потрясениях. Дом Воронцовых - трехэтажный белый особняк на берегу Камы - считался одним из крупнейших частных владений Сарапула. Большая семья Воронцовых занимала в нем верхний этаж (на нижних располагались синематограф «Марс», ресторан и гостиничные номера). Кроме четы Воронцовых и трех их дочерей - Маргариты, Тамары и Валентины - здесь жил брат Маргариты Васильевны Воронцовой Василий Михель и их мать, бабушка Михель. Василий Михель, успешный адвокат, член Сарапульской городской думы, тоже считал служение обществу своим долгом. В начале гражданской войны он первым в Сарапуле бросил клич о необходимости помогать беженцам. В доме Воронцовых тогда появились лазарет, амбулатория, пункт питания, бюро трудоустройства и даже учебное заведение. Неудивительно, что выросшая в семье с такой сильной гражданской позицией Маргарита Воронцова-Коненкова в годы второй мировой войны, живя в Америке, возглавила Комитет помощи России. Благодаря ее усилиям тогда были собраны миллионы долларов, в истощенную войной страну шли эшелоны с гуманитарной помощью - одеждой и консервами.
Наукам и искусству в семье Воронцовых всегда уделяли много внимания. В доме была большая библиотека, музыкальные инструменты (известно, что Маргарита Васильевна Воронцова и ее дочери Тамара и Валентина были неплохими пианистками). Юные Воронцовы принимали участие в театрализованных самодеятельных постановках. В очередном номере «Прикамской жизни» появилось сообщение о том, что пятнадцатилетняя Маргарита Воронцова своими силами организовала для детей из приюта рождественский вечер с елкой. Она нашла средства на покупку подарков, написала сценарий с играми, и праздник, по всеобщему мнению, удался. А в 1913 году на сцене Сарапульского драматического кружка прошла постановка «Девичник», где главную роль исполняла восемнадцатилетняя Маргарита. По окончании спектакля ей единственной был преподнесен огромный букет белых цветов.
Учебе барышень Воронцовых тоже уделялось много внимания. Все они окончили Сарапульскую женскую гимназию, но, пожалуй, острым умом и объемом знаний они обязаны домашнему обучению. Иван Тимофеевич Воронцов, выходец из крестьянской среды, учился большую часть жизни и сумел стать не только преуспевающим адвокатом, но и сильной, яркой личностью (об этом говорит круг его друзей и знакомых - умных и талантливых людей, которые долгие годы поддерживали с ним сердечные отношения). И, как истинно интеллектуальный человек, он критиковал усредненную систему образования, призывая дочерей заниматься самообразованием. В результате к окончанию гимназии Маргарита Воронцова стала неординарной девушкой. Она знала несколько языков (с бабушкой Михель, швейцарской немкой, говорила по-немецки, с матерью - по-английски и по-французски), неплохо освоила науки, была артистична, общалась с творческими людьми (известные художники Сведомские, жившие за Камой, часто приезжали в Сарапул и всегда останавливались в доме Воронцова) и - в мать - была на редкость хороша собой. Изыскания Валентины Конюховой доказали, что уже в Сарапуле Маргарита Воронцова-Коненкова сформировалась как цельная личность, научилась пользоваться своими сильными сторонами (в том числе женским очарованием), и что именно в семье были заложены те принципы и ценности, верность которым Маргарита сохранила до конца своих дней
.
Мастер и Маргарита
В сарапульских архивах найдены фотографии почти всех членов семьи Воронцовых. Выставочный зал превратился в галерею их портретов. Иван Тимофеевич - представительный могучий мужчина с ухоженной крупной бородой, явно намекающей на крестьянские корни. Маргарита Васильевна - изящная дама с высокой прической. Маленький сын Коненковых, умерший еще ребенком. Десятилетняя Маргарита Воронцова в народном, кажется, немецком костюме - с серьезным лицом, густыми русыми кудрями и тонкими щиколотками в белых чулках. И - Маргарита повзрослевшая, женственная, с иконно-вытянутым бледным лицом в ореоле мягко вьющихся волос. Жаль, что сейчас уже не найти ту фотографию двадцатилетней Маргариты, увидев которую известный скульптор Сергей Коненков всю жизнь вспоминал: «Девушка на фотографии была так прекрасна, что показалась мне творением какого-то неведомого художника. Особенно прекрасен был поворот головы. И руки - необыкновенно красивые руки, с тонкими изящными пальцами были у девушки на фотографии. Таких рук я никогда не видел». Зато есть редкое фото 1922 года, сделанное сразу после венчания Маргариты и Коненкова в студии скульптора на Пресне: на их руках матово блестят обручальные кольца.
О том, что произошло за семь лет, отделяющих знакомство Маргариты Воронцовой и Сергея Коненкова от их свадьбы, рассказывает экскурсовод. Это - история великой любви на фоне драматической истории государства. Коненков, которого за вдохновенное мастерство называли «русским Роденом», принял революцию и стал одним из тех художников, кто разрабатывал принципы нового «пролетарского» искусства. На открытии его работ присутствовал Ленин, его другом был Луначарский. В овеянной легендами студии на Пресне бывали Сергей Есенин и Айседора Дункан, отец и сын Федор и Борис Шаляпины (и оба были влюблены в Маргариту). И какое бы блестящее общество ни собиралось у Коненкова, по свидетельствам современников, тон в студии задавала Маргарита Воронцова. Художники писали ее портреты, певцы исполняли в ее честь страстные серенады. Но больше всего ее портретов создал сам Коненков. Первый бюст Маргариты он вырезал еще в 1915 году, когда дожидался возвращения возлюбленной из Сарапула, куда она уезжала на каникулы (она тогда училась на юридических курсах, хотела стать одной из первых в стране женщин-адвокатов). За последующие годы скульптор создал десятки портретов Маргариты в дереве и бронзе, в реалистичной и авангардной манерах: Маргарита стала его главной моделью и музой.

Героиня своего времени
Череда фотографий на выставке отмечает главные моменты в биографии Маргариты Воронцовой-Коненковой. Стройная женщина в аристократически-элегантном костюме - это Маргарита в первые годы пребывания в Америке. Они с мужем уехали туда в 1923 году, чтобы провести серию выставок Коненкова, и остались на 22 года. Деревянные бюст и скульптура Альберта Эйнштейна - это работы Сергея Коненкова, сделанные по заказу Принстонского университета в 1935 году. Тогда и начался десятилетний роман Маргариты и великого физика. Сами влюбленные придумали для своего союза название «Альмар», в котором объединили имена Альберт и Маргарита. На совместном фото, сделанном в 1943 году, они выглядят умиротворенными и счастливыми. Но сонет, посвященный Эйнштейном Маргарите в то же время, открывает всю его боль от сознания неотвратимости разлуки.
Коненков и Маргарита прожили долгую жизнь. Больше двух десятков лет Коненков был одним из ведущих скульпторов СССР. Маргарита же по возвращении из США ушла в тень. Никто не знал, за какие заслуги эта дама, ни разу не спустившаяся в метро и не посетившая советский продуктовый магазин (она не вела домашнее хозяйство и носила костюмы от Шанель), стала первой в стране героиней соцтруда. И лишь после ее смерти были обнаружены письма Эйнштейна, в которых он признается, что без нее ему пусто и тяжело. Как она справилась со своими чувствами? Чего стоило ей пережить и Альберта Эйнштейна, и Сергея Коненкова, и других поклонников времен юности? Эти и многие другие тайны Маргарита Воронцова-Коненкова унесла с собой.

Выставка стала поводом для многих жителей Сарапула открыть для себя эту феноменальную фигуру. «Мы стремились представить Маргариту Коненкову как многогранную, но цельную личность. На фотографиях и в работах Коненкова она предстает такой, какой знали ее современники и какой она виделась внутреннему взору скульптора», - говорят сотрудники музея. Они надеются, что экспозиция станет передвижной, и ее смогут увидеть в других городах Поволжья. В Сарапуле она продлится до сентября.

Анна ВАРДУГИНА
http://archive.udmpravda.ru/default/article?article=1186614716

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Медиа